Итоги выборов депутатов Государственной Думы, состоявшиеся  4 декабря 2011 года, производят весьма неоднозначное впечатление, если пытаться их анализировать не «по линейке», а вдаваясь в подробности и зная особенности конкретных партий-участниц предвыборной гонки.

Итоги для «Единой России»

Начну с того, о чём, в общем-то, писали и говорили многие: результаты парламентских выборов – это индикатор заката системы «суверенной демократии», тандема и «инструмента реализации политики» (партии «Единая Россия»).

Снижение показателей «партии власти» свидетельствует о том, что административный ресурс в качестве двигателя масштабной фальсификации уже не срабатывает в такой степени, в какой это нужно Кремлю. 

Да, не отрицаю, что локальные «успехи» еще возможны – Кавказ, Тамбовская область, Мордовия, Чукотский АО, турбаза «Ладога», округ Муром. При этом переломить тенденцию уже не получается. 

По объему затрат на кампанию и полученный результат «Единая Россия» в явном «ауте». Этот «аут» сейчас они пытаются прикрыть с помощью своей традиционной гуттаперчевости: планируя завоевать конституционное большинство, беспартийные лидеры «едроссов» начали «гордиться» 49%. Как же быстро эти двуликие Янусы перестраиваются под конъюнктуру. Но такие заявления для широкой публики, видимо, станут прикрытием для дальнейшего ребрендинга «Единой России», чтобы к следующим выборам подготовить более свежий и привлекательный политический продукт. 

Со своей стороны полагаю, что такие попытки не дадут обильных всходов и представляют собой тупиковый вариант. Накопленная усталость и желание перемен приведут к досрочным выборам Президента и Государственной Думы где-то в 2013-2014 годах.

Итоги для оппозиции

Многие оппозиционеры пока пребывают в эйфории по поводу своих казавшихся неожиданными успехов, но уже просматривается ряд опасных моментов. 

Во-первых, со стороны оппозиции лозунгом кампании стал призыв «За любую партию, кроме «ЕР»?» Т.е. избиратели голосовали не «за», а «против». Протестный потенциал сумели саккумулировать те партии, которые выглядели наиболее убедительными в глазах сограждан – КПРФ, «СР», ЛДПР. Сказалась усталость от «партии власти». Поэтому партии, пошедшие к избирателям примерно с тем же пакетом инициатив, что и в прошлые разы, могли рассчитывать на понимание.

Вот тут-то и кроется главная загвоздка: пути перевода протеста в конструктив. Ответа на этот вопрос пока нет, да и, наверное, не предвидится, потому как современная партийная палитра носит весьма условный, имитационный характер и не очень-то и совпадает с реальными идеологическими предпочтениями граждан, их мировоззренческими установками.

Во-вторых, воодушевленные «грандиозным прорывом», представители парламентской оппозиции как-то быстро сбавляют темп и напор критики в адрес сфальсифицированных выборов. Первым примером стал депутат Геннадий Гудков, 18 ноября так бесстрашно вещавший с думской трибуны о выводе людей на улицы, который уже удовлетворен 13% для «Справедливой России» и протестовать не собирается. Подобное же настроение чувствуется и в лагерях коммунистов и либерал-демократов. 

Таким образом, оппозиция, похоже, демонстрирует, что она всё же в большей степени фронда и готова терпеть нарушения, если её проценты будут в «рамках приличий».

В-третьих, саморазвитие российской партийно-политической системы будет сворачиваться и переходить в режим консервации. Удовлетворенность оппозиции растёт – возрастает успокоенность. А когда «тишь да гладь», то и прилагать усилия к повышению динамики собственного развития не так уж и хочется. 

В-четвертых, внутреннее развитие партий будет также ограничено. Лидеры парламентских партий со стажем будут объяснять показатели на выборах как результаты своей «активной работы», «продуманной и научно обоснованной предвыборной программой», а не протестным накалом в обществе. Под эту «лавочку» будут сворачиваться партийные дискуссии о том, как более эффективно организовать работу, как лучше расставить кадры. Зачем эффективность, когда и так хороший рост, и процент голосов устраивает.

В этой связи итоги воскресных выборов – это ловушка для тех, кто прошёл в нижнюю палату парламента. 

Итоги для Госдумы

Выборы не внесут существенных корректив в позиционирование Думы и протекание законотворческого процесса.

Полученных голосов «Единой России» будет достаточно для избрания «своего» руководства палаты. В принятии законов не потребуется даже помощь того, кто «борется с властью 20 лет», - Владимира Жириновского.

Тем не менее, постами в комитетах придется поделиться.

В остальном опасаться особо нечего: КПРФ, «Справедливая Россия» и ЛДПР не смогут создать оппозиционный фронт. Таким образом, трёхголовая фронда не сможет даже технически блокировать инициативы Кремля, например, путём срыва заседаний за неимением кворума (более 300 голосов).

Итоги для Владимирской области

Итак, расстановка сил в нашем регионе выглядит не вполне привычно: «Единая Россия» - 38, 27%; «Справедливая Россия» - 21,53%; КПРФ – 20,53%; ЛДПР – 12,93%.

Ослабленная «Единая Россия» - результат того, что Михаил Бабич в своей политике стал перебарщивать, а арсенал средств «устрашения» не срабатывает, когда речь заходит о неприятии граждан к политической системе доминирования и выкручивания рук.

Серьезно укрепленная (более чем в 2 раза по сравнению с прошлыми думскими выборами) «Справедливая Россия»  говорит о том, что популистская стратегия Антона Белякова всё-таки смогла найти отклик у жителей области, сработал диалектический закон перехода количества в качество.

Выступление КПРФ почти на одном уровне с «эсерами» - повод задуматься о том, что региональное отделение не смогло дать адекватный ответ на политические вызовы. Оно не стало производителем новых интересных инициатив. «Иконостасные» опытные лидеры, давно заседающие в парламентах различных уровней, ввиду своей официозности не могут вести за собой даже к относительным победам. В этом плане ситуация в КПРФ в целом и на Владимирщине в частности разительно отличается. Позорный результат в нашей области – это повод для продолжения внутрипартийной дискуссии и смены руководства на более яркое, работоспособное и эффективное. 

Многие скажут, что я преувеличиваю, называя 20,53 позором. Всю кампанию лично я работал в руководстве Пермского краевого штаба КПРФ. Пермское отделение – одно из самых слабых в Компартии. Тем не менее, за партию там проголосовало 20,99%. Стоит задуматься, почему одинаковые результаты у одной из сильнейших и у одной из слабейших парторганизаций. 

Показатель ЛДПР – это, в первую очередь, действие федерального фактора, т.к. сам Виталий Золочевский из-за своей явной ориентации исключительно на кресло депутата, а не на проблемы Владимирской области и их решение не дали возможности привлечь дополнительные голоса за счет образа  лидера регионального списка. Но как говорится, харизмы Вольфовича хватило на всю страну.

И в довершение

Произошедшее в ночь с 4 на 5 декабря не может полностью устраивать, скепсис перевешивает ликование, факты – лозунги, но такой даже очень робкий шаг к отказу от рудиментарных форм монополизма очень важен. Главное – не останавливаться на достигнутом. Тогда за робостью последует решительность и перемены. 

С Новой политической эпохой, сограждане!