Хотите потерять близкого человека – берите его  в качестве ответственного сотрудника на работу. Непременно в «кабалу» - с  трудовым договором и обязательствами  перед обществом и местной властью. Убеждайте, что это для него самое лучше, и «на тётю» работать глупо. Только за последствия сами отвечайте: сотрудника можно уволить подписью в заявлении, а, например, родителя не уволишь, родитель – это пожизненная должность. Сына вы, логично, тоже не выбираете, какой уж достанется.

А «тётя», это  мы уже о случае из жизни рассказываем, - «тетя», она же руководитель МОУДОД ДД(ю)Т, известного как Дворец Творчества юных, предоставила «папе» те же самые  условия, что и всем остальным  «папам» и «мамам». Уравниловку, проще говоря. Уравниловка для заслуженных работников культуры и искусств, согласно федеральному закону, - это прибавка в 20% к должностному окладу за их достижения. «Чем мы их держим? Чем держим?», – задумчиво тянет директриса ДТЮ Татьяна Григорьева. И после паузы продолжает: «Четверо их наших пяти заслуженных работников получили свои звания, работая у нас. А условия мы предоставляем им все те же самые, как и всем другим педагогам. У нас одно здание, одни и те же кабинеты».

А теперь на работу в ДТЮ принимается еще один не менее уважаемый, но более голосистый, более заметный, несговорчивый, упрямый, пенсионер, к тому же, но с именем, точнее с фамилией.Это заслуженный деятель искусств, народный артист, почетный гражданин г.Владимира Эдуард Митрофанович Маркин, в прошлом художественный руководитель Владимирской капеллы мальчиков и Владимирского камерного хора (а также его дирижер).

В самом начале сентября поведение Маркина вызвало очередной переполох в администрации Центра классической музыки (далее - ЦКМ), к которому относятся оба хоровых коллектива, и послужило причиной для проведения срочной пресс-конференции в присутствии значительного числа региональных журналистов.

В чем дело? Отставка или освобождение? Журналисты стоили предположения, вспоминая точь-в-точь похожую ситуацию с отказом Эдуарда Маркина подписывать «кабальный» договор. А в лоб задавались вопросы вроде этого контрвыстрела, адресованного Маркину-сыну корреспондентом 6 канала Олегом Беспаловым «А будет ли Эдуард Митрофанович писать Путину?» Но, оказалось, что городская администрация – адресат хуже премьер-министра. И вот почему.

Эдуард Маркин, этот резвый, как мальчишка, пенсионер  в искусстве обзавелся еще одной капеллой (кроме Владимирской капеллы мальчиков), причем в тайне от начальства Центра. В апреле 2010 года он обратился в Администрацию г.Владимира с просьбой о создании городской хоровой студии при Дворце творчества юных. Надо заметить, что об основании новой конкурирующей образовательной структуры Эдуард Митрофанович не соизволил даже уведомить ни начальство, ни департамент по культуре Владимирской области, который является учредителем ЦКМ. И, как сообщает пресс-служба Центра, в конце августа вопрос о студии между Маркиным-старшим и начальником Управления образования Татьяной Ковальковой, поддержавшей его инициативу, был решен положительно. В департамент краткое сообщение о студии поступило только 30 августа.

Поскольку 31 августа истекал срок трудового договора, заключенного с художественным руководителем Владимирского камерного хора Эдуардом Митрофановичем, ему заранее было предложено оформить новый договор, но только уже в качестве дирижера Владимирской капеллы мальчиков. Должность худрука, согласно новому договору, становилась совместительской. Артем Маркин объяснил это необходимостью сохранения целостности хорового блока ЦКМ и усиления акцента на кадровую базу «взрослого» камерного хора, коим является капелла мальчиков. Но новый трудовой договор старший Маркин не подписал, поскольку не желал работать с двумя капеллами. Тогда ЦКМ пошел ему навстречу, предложив должность худрука Владимирского камерного хора. Но и это предложение Эдуард Митрофанович проигнорировал и не явился на его очередную репетицию. А с собой в новую хоровую студию забрал трех педагогов с консерваторским образованием, которые обучали детей из капеллы мальчиков, и часть концертного хора этой капеллы, создав серьезную кадровую дыру в Центре. Ничего личного.

«Капелла и  весь хоровой блок – это его детище, - поясняет руководитель ЦКМ Артем Маркин.- Однако, с камерным хором Эдуард Митрофанович отказался сотрудничать из-за госсаказа, который представляет собой план по выручке и обязательное количество концертов». Администрация Центра готова была идти на уступки, сокращая часовые нормативы трудовых будней заслуженного работника искусств, запрещая только самолично увольнять квалифицированных опытных хористов и педагогов. Это решение мог принять лишь директор ЦКМ.

Сейчас, глядя на перспективу конкуренции в профессиональной среде, Артем Эдуардович с недоверием отзывается о новой творческой инициативе отца. Во-первых, он утверждает, что даже девятилетнего хорового образования не всегда бывает достаточно, чтобы воспитать профессионального хориста за два нулевых класса и семь основных, которые включены в программу музыкальной школы. У новой хоровой студии, по его информации, нет даже образовательного плана, и срок обучения – всего четыре года, вопреки разумным срокам. «Я беседовал об этом с начальником Управления образования, - рассказывает директор Центра. - У нее (у Татьяны Ковальковой.-ред.) нет понимания, что такое профессиональное образование. Это будет только кружок». Нормальное же учреждение культуры с нормальным образовательным процессом он характеризует наличием финансирования, оплаты труда преподавателям, кипучим энергичным творческим процессом в виде участия коллективов в местных, общероссийских и международных музыкальных фестивалях и прочих событиях.

И теперь между отцом и сыном остается исключительно кровная связь, не обрываемая никакими трудовыми договорами. Маркину-старшему предстоит осваивать новую базу, перестраивать систему хорового образования в авторском проекте студии. В ДТЮ ему предоставлены все условия для творческой свободы и профессиональной самореализации, в составе заслуженных коллег. А Маркин-младший торопится в кратчайшие сроки восстановить кадровый баланс: пригласить новых преподавателей, провести конкурсный отбор хористов в камерный хор, трудоустроить нового руководителя Владимирской капеллы мальчиков, кандидатура которого уже определена, и найти руководителя и дирижера для «взрослого» хора. «А недавно я собрал родителей детского коллектива, - делится он с журналистами. - Всем им разъяснил, что студия – это не хор, это кружок». Определенно, ничего личного.

Татьяна Южная