Выбор33

Правительство страны выделило 131 миллион рублей на материальную помощь владимирским погорельцам и строительство для них жилья. Новые дома решено возвести возле деревни Иватино, где начато строительство большого коттеджного поселка. Это, по мнению авторов проекта, и удешевит и ускорит процесс.

Решив посмотреть на заявленную скорость – дома должны быть сданы к 1 ноября – мы поехали на стройплощадку.  

Видеоконтроль.

Вообще-то вначале мы решили посмотреть на происходящее через Интернет. Ведь помнится, премьер-министр В.В.Путин грозно так обязал на каждой подобной стройплощадке установить видеокамеры, чтобы и у него, и у каждого желающего была возможность контролировать процесс. Посмотрев, мы сделали вывод, что ноу-хау это дает лишь общее представление о происходящем. Кто-то там ходит и что-то там ездит – это точно. Но нам этого показалось мало.

Деревня Иватино.

До деревни Иватино от Владимира километров 150. Стройплощадка прям вблизи асфальтовой дороги. Входим на территорию. Никому до нас нет никакого дела. Толи, охрана ни к черту, толи, висящий на шее фотоаппарат расценивается как пропуск-вездеход, не понятно. Взгляду открывается огромное поле, на котором рядами натыканы фундаменты, меж которых пестрят кучи стройматериала. В основном это стеноблоки – два листа сантиметровой фанеры метр на два, меж которыми вклеена двадцатисантиметровой толщины плита пенопласта. Вот она, подумали мы, та самая канадская технология, которую с гордостью презентовал губернатор Николай Виноградов, рассказывая недавно о моделях домов. Технология же складирования и хранения заморского чуда была наша – исконно русская – что-то просто валялось, что-то валялось организованно. Обращаться за разъяснениями было не к кому – «Равшаны и Джумшуты» в ответ лишь улыбались и о чем-то между собой на своём щебетали. Повесить еще баннер «ТНТ» и точно реалити-шоу «Наша Russia».

Рабочий с топором к счастью прошел мимо нас к лежащей на земле пиле-болгарке. Ногой на нее наступил – прижал, чтоб не дергалась – включил и начал лезвие топора натачивать. Вылетающие искры гасли в сухой траве, которая видимо боясь видеоконтроля, не смела вспыхнуть. Но мы-то знали, что никакая информация о вопиющем нарушении правил техники безопасности до камерных линз не доходит, а, следовательно, не доходит и дальше. И точильщик знал, что работает в России, где главное - когда построим, а что и как не важно.

Полностью собранных домов нет. Есть два полусобранных и еще один, который выглядит, как демострашка в разрезе – стены лишь с двух сторон. Смотришь на него и думаешь – что ж так тоскливо-то вдруг стало? Толи от того, что наружный размер его всего шесть на шесть, а представив сколько «сожрут» стены, оставшаяся полезная площадь не адекватна заявленной премьер-министром стоимости дома в три миллиона? Толи увидев, что из всех швов выдавлена монтажная пена и от того кажется он склеенным? А может, что не видно нигде закладок под трубы отопления, водопровода и канализации, вот мысль-депрессия и закрадывается – «Ну кто ж так строит?!». А может и не надо этого видеть? Может, явиться 1 ноября на торжественную сдачу объекта, порадоваться счастливым лицам новоселов, свежепокрашенным крышам и траве, а вернувшись в редакцию, написать передовицу возвышающую труд российского строителя и менеджера с ним. И главное следующей весной туда не ездить, после того, как зима непредвзято проверит качество работ. А лучше вообще туда больше не ездить. Никогда.

Условия питания и отдыха рабочих как 500 лет назад до нашей эры – спартанские. Столовая – грубо собранный из плохо отесанного дерева каркас обтянутый полупрозрачной пленкой. А так как мастер по быту один, то подобающий стиль выдержан везде. Вещи хранят там же, где спят – на деревянных полках в сколоченном четырехместном купе. На полу грязная обувь. Если перевести фотографию в ч/б, то надписи под ней – «При царском режиме жизнь рабочих  была унизительна» - никто не удивится.

Поселок Южный.

Люди, греющиеся на солнышке возле пожарных машин увидев нас, заторопились в рядом стоящее здание. А ведь мы всего лишь хотели выяснить географию поселка, и они были единственными, нами замеченными в нем людьми. Объяснилось все просто – нас приняли за начальство и бросились наводить порядок в месте временного пребывания – поправлять постели, расталкивать по углам мусор.

Глядя на количество пепелищ и приличную площадь, на которой они находятся, уверениям, что 36 домов сгорели «за двадцать минут» веришь с трудом. Кажется, что подобное невозможно и за сутки. Оставшиеся 5 разбросаны в разных концах поселка. Один уцелел неимоверными усилиями владельца, который окопал дом аж тремя рядами канав. Из стоящей далеко на отшибе древней хибары вышла женщина и рассказала трагедию из первых уст. Но рассказ ее был настолько же эмоциональным, насколько путанным. Казалось, что она до сих пор находится под впечатлением от пережитого.

Огонь, несомый сильным ветром по верхушкам деревьев, прилетел со стороны деревни Каменка (где уничтожил 21 дом). Горящая листва поджигала всё, на что падала. Ветер мгновенно раздувал пожар, сбить который было невозможно. По словам очевидца, тяга была как в трубе, от чего до пепла выгорали бревна срубов домов, а срубы колодцев обуглились до воды. Но главную беду она видит в том, что теперь большинство южан переедет в Иватино, а немногочисленные спасшие свое имущество будут обречены на забвение властью и неминуемое вымирание. Аргументов, чтобы успокоить ее не было.    

Решив пройтись по пепелищам, постоянно натыкаемся на валяющиеся бутылки из-под водки. А в трех местах тары этой целые кучи – полметра высотой и метра два в радиусе. Где-то бутылки причудливо оплавились – видимо тут был температурный эпицентр. Долго спорили о температуре плавления стекла. Остановились на тысяче градусов. И ужаснулись, представив, что творилось в этом пекле.     

Южный уже горел подобным образом в 1972 году. Не знаем с тем ли пожаром, вообще ли с необходимостью пожаротушения связано наличие возле южновского леспромхоза техники для опашки леса от пожара, но она есть. Она, правда, очень «просит есть», в том смысле, что многое из навесного оборудования отсутствует, но на вид техника мощная. Ее, в общем-то, даже в беспомощном ее состоянии огонь испугался – обошел стороной и отыгрался на леспромхозе – сжег дотла.

Деревня Большой Приклон.

Деревенскую школу закрыли в прошлом году ввиду малого количества учащихся. Так что погорельцы вполне могут рассчитывать, что это помещение приютит их до 1 ноября. Мебель – кровати, столы, стулья – привезли из так же пустующего нынче бывшего пионерлагеря. 52 человека разместились в четырех классах. Это те, кому некуда больше идти – ни родственников у них, ни близких знакомых нет.

По непонятной причине женщину-инвалида разметили в коридоре. Объясняя это решение, представитель администрации приводит убедительный, по её мнению довод, что женщина та инвалид. Сама несчастная ни на что не жалуется, видно вдоволь хлебнув заботы от родного государства.    

Из рассказов о благотворительной помощи мы сделали вывод, что ее в избытке. Судите сами. Посетители бывшую в употреблении одежду просят больше не присылать, а представитель администрации рассказывает, что помощь уже складывать некуда и только сегодня поступили 6 тонн нижнего белья из Дагестана. На наших глазах от школы в неизвестном направлении на велосипедах увезли несколько благотворительных мешков. По официальной легенде – это те, кто живет у родственников. Мы поверили. Может оно на самом деле так?

Раз в неделю «школьников» возят в баню. Белье стирают в коридоре перед классами (там, где лежит женщина-инвалид), стиральными автоматами благотворителей. Сушат на школьном дворе. Там же есть летний душ, где желающие могли в запредельную жару облегчить свое существование. Центральное отопление в школе вроде работает, но никто его работоспособность пока не проверял. Вот как придет пора топить, так и начнут чинить. Пословица про сани и телегу тут просто народная мудрость, а не руководство к действию.      

Полученные и расставленные в классах телевизоры, единственная (но, к сожалению односторонняя) связь погорельцев с внешним миром. Насмотревшись новостей, они губернатора нижегородской области, где пожары полыхали похлеще владимирских, приводят главе владимирской области в пример – он и с людьми встречается, и не только обещает, а и делает, и все толково объясняет. И просят нас, как вероятно и всех посетителей с фотоаппаратами и видеокамерами, господину Виноградову это передать. Вообще, как нам показалось, людей более всего удручает непонимание того, что вокруг них происходит. К примеру, многие (а возможно и никто) не знают, какой площади для них предназначается жилье. А учитывая, что метраж каждого строящегося дома уже известен, да и количество домов определено, то не доведение до сведения будущих жильцов их условий проживания, выглядит явной информационной недоработкой местной власти. Вдобавок с ними составили соглашение об их согласии на переселение в новостройки, где в графе «площадь жилья» был прочерк. И составили соглашение в одном экземпляре и он, естественно, не у них на руках. Вот люди и испытывают беспокойство. Мало что ли их обманывали? Плюс им очень хочется знать, а будет ли крылечко и верандочка? Куда будут выходить окна? Кто с кем будет соседствовать? Все это мелочь, конечно, но может, подумали мы, предложить Владимиру Путину установить еще по одной видеокамере в местах подобных этой школе, чтобы знать о проблемах этих горемык напрямую, а не из рапортов региональных властей.

ФОТОГАЛЕРЕЯ

Алексей Салов и XXL

j