Подробное описание вступительного слова губернатора по заведенной у нас традиции опускаем. Не то чтобы он в своей прелюдии не сказал ничего важного. Нет! Каждая секунда его речи, включая паузы, была пронизана драматизмом. Но, к сожалению, у меня не хватит литературного дара так перевести услышанное в написанное, чтобы передать через «дыханье строк» эмоциональный настрой спикера.
Стоит лишь, думаю, отметить, что в заглавной речи его чаще всего звучало словосочетание «системные ошибки». С ним он соотносил все о чем говорил. Словно был у Николая Владимировича под руками перед глазами брикет сливочного масла солнечного цвета, и он намазывал его на каждый кусок что доставал, не важно - хлеба, мяса, масла – и превращалось всё в намазанный маслом бутерброд. Появляющиеся таким образом двусложные образования он по мере наступления их ненадобности отбрасывал, а вот связующий компонент – системные ошибки – оставался. Нет торфопредприятий, оснащенных противопожарной техникой – системная ошибка. Нет мер предупреждения чрезвычайных ситуаций – системная ошибка. Непонятки в разграничениях полномочий между федеральным центром и регионом по национальным паркам и заповедникам – она же родимая. Вертолетные рации и рации лесников работают на разных частотах – system error. В малых малонаселенных населенных пунктах нет элементарных красных ведер, лопат, багров на красных щитах – системная ошибка. Кстати, к «системная ошибка» частенько плюсовалось «федеральный центр».
А далее Николай Владимирович, не склонный, в общем-то, к черномырдовщине, взял театральную паузу №3 – «предслезную» - и выдал наболевшее: «Конечно, беда она всех объединяет. Но лучше, когда это происходит на плановой основе с четким пониманием границ ответственности».
Потом перешли к следующей части встречи – игре в вопросы и ответы. Это когда как вопрос задашь, такой ответ и получишь, но можешь и получить, если не тот вопрос задашь - губернатор тут церемониться не любит. К счастью, журналистского люду было немного и очевидные антисимпанты Н.В. отсутствовали.
В итоге выяснилось, что от коттеджей, предложенных алтайскими производителями погорельцам взамен утраченных домов, губернатор отказался, философски рассудив, что «за морем телушка – полушка, да дорог ее перевоз». Но стоимость ни своей, ни заморской телушки не привел, как и затраты на транспортировку. Это уже потом и из других источников выяснилось, что алтайский метр стоит 20000 руб. (а метров таких в коттедже 136), а владимирский – 28000. Перевозка же одного «алтая» в четырех машинах обойдется в 50000 р., что составляет 1,83% от стоимости. Протекционистам алтайского чуда (ТК «ГТРК-Владимир» рассказывала об этом в новостях) Николай Владимирович попенял, что они, возможно, рекламку тут под шумок отрабатывают. И интонационно оттенок речи его был близок к предупреждающему.
Выбор Николаем Владимировичем ООО «Игротэк» единым подрядчиком на выполнение работ по строительству жилья для погорельцев, как пояснил опрашиваемый, случаен: «Мы предварительно собрали ведущие строительные организации, и я говорил об условиях участия в реализации этого проекта. И возникло там предложение – «Игротэк»! Почему «Игротэк»? Объемы жилищного строительства у него самые большие. Качество жилищного строительства высокое. Длительное время на рынке присутствует. … Поэтому «Игротэк». Каких-то других соображений здесь нет и быть не может».
С высказыванием Патриарха Кирилла, утверждающего, что пожары - это наказание людям за греховность их, губернатор согласился полностью. А все приведенные им разъяснения, чудным образом совпали с ранее изложенными на «Выбор33» умозаключениями.
Я спросил у губернатора, почему он не ответил на открытое письмо в его адрес с обвинениями в попустительстве разрастанию пожаров, опубликованное на сайт «Русской службы новостей». Возможно, предположил я, губернаторское молчание будет рассматриваться оппонентами как его слабость. Николай Владимирович, помолчав секунд пять, что в режиме пресс-конференции ощущается как бесконечность, ответил, вынырнув из бесконечности: «Чем больше я буду реагировать на эту чушь, тем больше ее будет появляться. На мой взгляд, когда увидят, что все спокойно, все нормально, может, немножко себя по-другому будут вести».
Представитель «Владимирских ведомостей» поинтересовался, чем госдумовцы-единороссы Исаев и Аникеев, отмеченные «ЕР» в рамках борьбы с последствиями трагедии, помогали и где были губернатором, между всеми очагами пожаров постоянно перемещающимся, замечены. Губернатор, перед тем как ответить, эдак лукаво улыбнулся, чем без слов выштамповал мысль о, если не наивности, то своеобразии принятия решений в лоне партии власти. Мысль все поняли, так как лучезарно на нее отреагировали. И лишь я, помня о недавнем изъятии компьютеров из редакции «Выбор 33» связанного с заявлением депутата-единоросса Аникеева, демонстрировал нейтралитет, опасаясь, что не знаешь, чем аукнется такая вот солидарность с губернатором. А он, которому бояться не пристало, резал правду-матку, что вот так случается, что «Бывают наказанными невиновные, а поощрены непричастные». И конкретизировал, что никакой помощи от этих господ не было.
Потом, после пресс-конференции, кто-то высказал предположение, что народный рейтинг Аникеева, как бы он его не поддерживал финансово через благотворительность и PR в СМИ, чудовищно низок. Вот технологи и посоветовали ему засветиться в награжденных, если уж лень засвечиваясь на пепелищах.
Возвращаясь от мистического к реальному – пресс-конференции – скажу, что две мысли высказанные губернатором показались мне локомотивными. Т.е. именно к ним цеплялись все вагончики умозаключений. Это: «Необходима осмысленность в формировании и реализации государственной политики» и «Я прихожу к выводу – каждый должен заниматься своим делом. И исполнительная власть и законодательная. Не подменяя друг друга решать свои вопросы. Нет нормальных законов – нет нормальной работы».
Алексей Салов
